Отношения должников и приставов, которые по решению суда взыскивают с таких граждан долги, - тема всегда и острая, и сложная. Поэтому разъяснения относительно подобных споров, данные Верховным судом, крайне важны и могут оказаться полезными для людей, оказавшихся в аналогичной ситуации.

В деле, о котором идет речь, пристав в Екатеринбурге арестовал газовую плиту, унитаз, зеркало, две двери и комод - все это находилось в съемной квартире, в которой жил должник. Он оспорил эти действия. И областной суд стал определять, какие вещи необходимы для жизни истца, а какие нет. Когда же дело дошло до Верховного суда РФ, тот обратил внимание на другое. "Если должник живет в съемной квартире, это не значит, что мебель принадлежит ему", - указал ВС.

Герой этой истории задолжал около 310 000 рублей по договору займа. Было возбуждено исполнительное производство. И пристав решила арестовать имущество в квартире, где должник живет. Зеркало, обувную тумбу, две межкомнатные двери передали на ответственное хранение взыскателю, а газовую плиту и унитаз оставили у должника.

Но тот счел действия пристава незаконными и обжаловал их в суде. Судье должник рассказал, что снимает квартиру, а мебель, которая находится в ней, принадлежит собственнику жилья.

А еще он сказал судьям, что описанное приставом имущество относится к предметам обычной обстановки и не является роскошью, а значит, его нельзя арестовать согласно статье 446 Гражданского процессуального кодекса РФ. Эта статья так и называется: "Имущество, на которое не может быть обращено взыскание".

Первая инстанция встала на сторону должника и не нашла оснований для ареста вещей. Суд заявил: пристав знал, что гражданин снимает квартиру. А то, что человек живет в ней, еще не означает, что имущество принадлежит ему. Других доказательств принадлежности вещей должнику пристав не представил, подчеркнул районный суд Екатеринбурга. Этот суд согласился и с доводом должника о том, что действия пристава противоречат статье 446 ГПК, поскольку арестованное имущество действительно относится к предметам обычной обстановки. В общем, райсуд полностью удовлетворил иск гражданина, обязав в течение месяца вернуть ему вещи, отданные взыскателю.

«Пока не доказано иное, принадлежность должнику движимого имущества всего лишь предполагается»

Это решение было обжаловано. Но апелляция согласилась с районными коллегами насчет незаконности ареста плиты, унитаза и дверей. Эти предметы и правда требуются должнику для повседневных бытовых потребностей, подтвердил областной суд. Однако относительно зеркала и обувного комода он решил иначе. Это, по мнению второй инстанции, совсем не предметы первой необходимости и их можно заменить другими вещами, которые есть в квартире. Апелляция изменила решение райсуда в этой части, отказав в удовлетворении требований. Следующая, уже третья судебная инстанция - кассационный суд с выводами областного суда полностью согласился.

А вот должник с такими выводами местных судов согласен не был и отправился в Верховный суд в надежде обжаловать решения местных судей.

ВС внимательно изучил материалы спора и заявил, что обратить взыскание в рамках исполнительного производства, а следовательно, и наложить арест можно только на вещи, которые принадлежат должнику.

Пристав арестовала имущество, которое находилось в квартире, не принадлежащей должнику ни на праве собственности, ни по договору соцнайма. При этом, подчеркнула высокая судебная инстанция, у пристава не было сведений, что арестованные вещи принадлежат именно должнику. Следовательно, действия пристава нельзя признать законными, решил Верховный суд.

Итог - ВС отменил акты апелляции и первой кассации в той части, в которой они отказали должнику, и оставил в силе решение первой инстанции.

Эксперты хором заявили, что в этом споре апелляция и первая кассация так углубились в оценку законности ареста отдельных категорий вещей, что упустили из вида самое важное: а кому принадлежат арестованные приставом вещи и имеют ли они вообще отношение к должнику? На эти вопросы пришлось ответить ВС.

Юристы, которые специализируются на подобных спорах, говорят, что определение ВС конкретизирует позицию, которую он ранее высказал в пункте 59 Постановления Пленума Верховного суда РФ (от 17 ноября 2015 года N 50). Там говорится, что пока не доказано иное, принадлежность должнику движимого имущества всего лишь предполагается. Даже если это имущество расположено в помещении либо на участке, которые находятся в собственности или во владении должника.

В определении по этому гражданскому спору Верховный суд уточняет, что эта презумпция не работает, если речь идет об арендуемом помещении.

*Определение Верховного суда РФ N 45-КАД20-9-К7